2022 год. Ясный. Город, затерянный в оренбургских степях, где небо сливается с землей на горизонте. Город, где ракетные войска соседствуют с шахтерами, а военная дисциплина – с пылью асбестовых карьеров.
Город, где пульс жизни бьется в ритме запусков ракет и грохота горных машин. В 2021 году я оказался здесь, в этом эпицентре мужества и трудолюбия, и даже не подозревал, что этот год станет началом одной из самых ярких глав моей теннисной истории.
Ясный – это не просто географическая точка. Это город контрастов и возможностей. Здесь, среди суровых пейзажей, процветает АО «Оренбургские минералы», гигант, добывающий асбест и щедро делящийся своими богатствами с городом. День города и День металлурга превращаются в феерию с участием звезд российской эстрады, а инфраструктура города растет и развивается благодаря щедрым инвестициям компании.
Именно здесь, в Ясном, вырос современный спортивный комплекс «Арена», ставший настоящим оазисом для любителей спорта.
Генеральный директор «Оренбургских минералов» был страстным поклонником тенниса. Его любовь к этой игре стала катализатором для строительства теннисного корта, где работники компании могли оттачивать свое мастерство. Так я и познакомился с этими людьми, увлеченными теннисом, и вскоре сам стал частью их теннисной семьи.
2022 год стал годом большого теннисного турнира, организованного «Оренбургскими минералами». Приглашение на этот турнир стало для меня настоящим подарком. В преддверии соревнований я буквально жил теннисом, завороженно наблюдая за матчами Марата Сафина. Его двуручный удар слева, мощный и грациозный, казался мне вершиной теннисного искусства. Я мечтал повторить его на корте.
И вот, день турнира настал. В руках у меня была моя любимая черно-салатовая ракетка Yonex. Легкая, как перышко, но мощная, как ураган, она казалась продолжением моей руки. С ней я чувствовал себя всемогущим, способным отправить мяч в любую точку корта. Я выходил на корт, представляя себя Сафиным, готовым сокрушить любого соперника.
Система турнира была непростой: два поражения – и ты вылетаешь. В первом матче мне противостоял Дмитрий Коротков, директор организации, занимающейся благоустройством города. Высокий, интеллигентный, с мощной подачей и мягкими ударами, он был опытным игроком. В том матче я не смог показать всего, на что способен, и проиграл 6-1, 6-2. Он был сильнее меня. Но я не собирался сдаваться.
Во втором матче моим соперником стал возрастной работник «Оренбургских минералов», мастер настольного тенниса. Его опыт и хитрость не смогли противостоять моей молодости и силе. Я выиграл 6-3, 6-1, но даже в этой победе не раскрыл весь свой потенциал. Павел Мусин, фаворит турнира и человек, пригласивший меня для участия в нем, сказал, что я могу играть лучше.
Третий матч, спустя несколько дней, свел меня с еще одним работником «Оренбургских минералов. Мужчина по имени Александр. Один из главных спортсменов организации: он играл в теннис, хоккей, был легкоатлетом. Универсальный спортсмен. Перед игрой он говорил другим участникам, что легко обыграет меня. В игре он был подвижным и бил сильно, но моя стабильность оказалась решающим фактором. Я выиграл 7-6, 6-3. После матча он подошел ко мне и сказал, что удивлен моим уровнем, что меня недооценивают и что я – один из фаворитов турнира.
Так я вышел в плей-офф. В четвертьфинале меня ждал Арман, мой спарринг-партнер. Мы знали игру друг друга наизусть. Матч проходил поздно вечером, в присутствии многочисленных болельщиков – работников «Оренбургских минералов», настоящих ценителей тенниса. Они предвкушали захватывающую игру.
И матч оправдал их ожидания. Напряжение было невероятным. Качество игры – запредельным. Подачи, удары, минимум ошибок. Каждый розыгрыш – битва за каждое очко. Арман выиграл первый сет 6-4. Но я не терял надежды. Я знал, что все еще впереди. Второй сет я вырвал на тай-брейке 7-6, переведя игру в решающую, третью партию.
Но в третьем сете что-то сломалось. Усталость сковала мое тело. Подачи стали слабыми, ноги отказывались слушаться. Я чувствовал себя выжатым лимоном. Арман воспользовался моим состоянием и выиграл последнюю партию 6-2. Болельщики были удивлены, но я знал, что просто отдал все силы на корте.
Несмотря на поражение, этот турнир стал лучшим в моей жизни. Я был доволен собой. Ракетка Yonex, вдохновение от Марата Сафина, поддержка друзей и болельщиков – все это сделало этот турнир незабываемым. Это был мой первый и последний настоящий теннисный турнир. И мне не стыдно, я прошел очень далеко.
Учитывая, что на том турнире я воодушевлялся Маратом Сафиным, я хочу сегодня рассказать о данном великом Российском теннисисте.
О Марате Сафине легко писать - ведь практически любой уважающий себя теннисный болельщик в России знает любые мелочи в его карьере. Тяжёлое детство в постперестроечной Москве, отъезд в Испанию, где Марат и стал тем игроком, которого мы знаем. Первые успехи - победа на турнире в Бостоне, а потом как по накатанной - Барселона, Мальорка, Торонто - и оглушающий, невероятный успех на US Open.
Тогда, больше одиннадцати лет назад, мы, затаив дыхание, наблюдали за тем, как великого, несокрушимого, всесильного Пита просто уничтожает молодой и не столь известный пока россиянин. Смотрели - и не понимали, как можно ТАК играть против самого Сампраса.
Не понимал, видимо, и сам Пит. Всем известно, что он сразу после матча предрёк своему победителю многолетнее доминирование в Туре. Прошло более десяти лет, предсказание Сампраса не сбылось, но он до сих пор сохранил пиетет перед своим младшим товарищем.
Любопытно было посмотреть на совместную пресс-конференцию Сафина и Сампраса на недавнем выставочном турнире в Пекине. Американец достиг в теннисе намного большего, чем Марат, он почти на десять лет старше, но во всём его поведении чувствовалось преклонение перед харизмой россиянина. Харизмой, которая била через край.
О Марате Сафине тяжело писать, потому что все его неудачи мы переживали вместе. Когда он обидно уступил лидерство по итогам сезона 2000 года Густаво Куэртену. Когда он с неудачным ударом разбивал о корт очередную ракетку, мы качали головой, но от всей души сочувствовали ему, потому что знали - он наша гордость.
Если Евгений Кафельников - наш теннисный Пушкин, то Сафин, продолжая поэтические сравнения - это весь двадцатый век. С изяществом и простотой Есенина, мощью Маяковского, ослепительным талантом молодого Бродского. С такой всенародной любовью, которой любили Высоцкого.
О Марате Сафине легко писать, потому что он, несмотря на все свои травмы, добился многого. На его счету два титула «Большого шлема», два Кубка Дэвиса, пять «Мастерсов» и восемь других турниров. Многие эти победы добыты во время, когда выиграть любой турнир было невероятно тяжело. Когда над мировым теннисом нависла колоссальная тень Роджера Федерера, нужно было быть великим, чтобы выйти из этой тени. Это не удалось Хьюитту и Роддику. Это удалось Надалю и Сафину.
Пожалуй, если не считать «Ролан Гаррос» и Рафаэля Надаля, то единственным человеком, выходя против которого на корт, Роджер Федерер не был уверен в победе, был именно россиянин. Сафин дважды обыгрывал швейцарца, а вторая победа - в полуфинале Australian Open 2005 года, та самая знаменитая «Битва теннисных умов», открыла ему путь ко второму «мэйджору». Уступить Хьюитту после того, как ты обыграл Федерера - такого себе позволить было нельзя.
О Марате Сафине тяжело писать, потому что нелегко найти в мировой истории игрока, настолько же одарённого и самой природой предназначенного к блестящей теннисной карьере, чем он. Пожалуй, такое же сочетание силы, ума, и всех компонентов игры последний раз встречалось в истории тенниса за полвека до Сафина - в лице великого американца Панчо Гонсалеса. По иронии судьбы, часто признаваемый величайшим игроком всех времён и народов, Гонсалес выиграл тоже два турнира «Большого шлема»...
Марат Сафин провёл двенадцать сезонов в АТР-Туре. Из них полноценными, когда ему ничто не мешало играть, можно назвать только пять. Девять недель на теннисном троне кажутся мизерными по сравнению с эрами Сампраса или Федерера, но давайте вспомним, что несколько лет назад врачи вообще грозили Марату, что он может остаться инвалидом.
Сафин не доиграл? Да. Сафин мог добиться намного большего? Безусловно! А вот что касается «добиться большего» - помните ещё одно предсказание Пита Сампраса? «Через двадцать лет Марат станет Президентом России!» Первое предсказание не сбылось, отчего бы не сбыться второму?
Сафин ушёл в политику. Некоторые не понимают его, некоторые даже осуждают. А ведь понять его очень легко - с каждым годом из России десятками уезжают талантливые дети. Уезжают просто потому, что в других странах их ждут лучшие условия для профессионального становления. И когда США или Австралию на турнирах представляют игроки с русскими именами - это самое обидное.
Неизвестно, что будет с нашей страной через двадцать лет. Но в одном можно быть уверенным - если Пит Сампрас окажется толковым пророком, то через двадцать лет мы будем гордиться российским спортом гораздо больше, чем сейчас. И тогда, возможно, в нашем теннисе появится ещё один, уже выращенный в родных стенах, гений. Такой же, как Марат Сафин.
Описанный выше турнир стал для меня не просто спортивным соревнованием. Это был момент, когда я почувствовал себя частью чего-то большего. Ясный, «Оренбургские минералы», теннис – все это сплелось в моей жизни в единое целое. Это был момент, когда я поверил в себя, в свои силы, и понял, что даже находясь в чужом городе можно найти место для мечты и для радости. Ясный. 2022. Yonex. Сафин. Турнир, который оставил след. Навсегда.
Комментарии