«Филадельфия» наконец-то рассчиталась с Брызгаловым! 13 лет платили ему после выкупа контракта

Легендарный штраф.

Выкупы контрактов в современной НХЛ – явление нечастое. Никто не хочет забивать платежку игроками, которых нет в команде.

Но история помнит время, когда выкупами контрактов пользовались все подряд. Это было давно – лига тогда была на два клуба меньше. Но некоторые из тех выкупов напоминают о себе и в наши дни.

Так, 1 июля произошло знаменательное событие. «Филадельфия» перечислила последний транш Илье Брызгалову по контракту, выкупленному аж 13 лет назад! 46-летний голкипер больше не будет получать от «Флайерс» $1,64 млн каждый год, как это было с 2013-го. 

Что это за ситуация? Вспоминаем историю, а также уникальные выкупы по амнистии.

Что тогда происходило в НХЛ?

Для понимания контекста отмотаем ленту на 21 год назад. 

В 2005-м в НХЛ появился потолок зарплат. Расходы стали жестко регулироваться, а доходы – делиться между владельцами и игроками в фиксированных пропорциях. Прежде богатые клубы могли пачками скупать звезд, а малые рынки почти не имели шансов бороться за кубок.

В новом Коллективном соглашении (CBA) появились три революционные вещи: потолок зарплат, пол зарплат и привязка потолка к доходам лиги. Игроки получали примерно 57% хоккейных доходов (Hockey Related Revenue, HRR), а потолок рос вместе с прибылью НХЛ. 

Доходы росли быстро, а вместе с ними и потолок. Прирост в первые четыре года после локаута ни разу не был меньше 5 млн. Ожидалось, что в сезоне-2012/13 верхний предел достигнет 70,2 млн (спойлер: так и вышло). Поэтому генменеджеры сделали простой вывод: если потолок будет расти на 5-7 миллионов почти каждый год, сегодняшние дорогие контракты через пять лет станут даже выгодными.

Так и появились контракты на двузначное количество лет. Причин было сразу две. Во-первых, банальное желание удержать игрока на долгий срок (а то и на всю карьеру). Во-вторых, это помогало обходить потолок. Поскольку в платежку идет не фактическая зарплата по сезону, а средняя за весь срок контракта (подробнее, как работает потолок зарплат, здесь), контракты с резким падением зарплаты в конце (их называли back-diving) быстро приобрели популярность. Логика проста: кэпхит таким образом уменьшается, хоккеист до конца контракта все равно не доиграет (ну или станет живой легендой вроде Ягра или хотя бы Селянне), а суперзвезда в команде есть.

Первым, кто подписал контракт на 10+ лет, стал Алексей Яшин – он согласился на 87,5 млн за 10 лет в «Айлендерс». Но произошло это еще в 2001-м, до появления потолка, так что пример не совсем подходящий. А именно для обхода потолка на долгий срок первым подписали Рика ДиПьетро – и тоже «Айлендерс»! 

Легендарный контракт на 15 лет и 67,5 млн до сих пор приносит доход вратарю (и будет приносить аж до 2029-го) – хотя заключен был в далеком 2006 году. Тогдашний генменеджер «островитян» Гарт Сноу считал, что нашел стартового вратаря и лицо франшизы на следующие 15 сезонов (ДиПьетро тогда было 25 лет). Не выгорело: травмы сломали Рику карьеру, и через семь лет его контракт был выкуплен.

Логично, что такие длинные контракты не понравились лиге, хотя формально клубы ничего не нарушали. Максимум – ходили в серой зоне. В 2011-м фокус решила повторить «Филадельфия». Всего за год до этого «Флайерс» дошли до финала Кубка Стэнли, перепробовав в воротах Брайана Буше и Майкла Лейтона – и решили, что им как раз необходим элитный кипер. Поэтому летом-2011 «летчики» выменяли у «Финикса» Илью Брызгалова с истекающим контрактом и подписали на 9 лет и 51 млн. Дорого, но ничего сверхъестественного.

Проблемой стала игра российского вратаря. 

Как Брызгалов и «Филадельфия» пришли к выкупу контракта

Через два сезона стало ясно: Илья не оправдывает ожиданий. По проценту отраженных бросков он оба раза оказался за пределами топ-40 (90,9% и 90,0% соответственно – и это на фоне крайне низкой результативности тех лет). Но было уже поздно: контракт практически неподъемный – и впереди еще семь лет. Генменеджер «Флайерс» Пол Холмгрен прямым текстом сказал, что Брызгалов – «дорогая ошибка».

Холмгрен, используя слово «ошибка», не имел в виду сам факт подписания Брызгалова – лишь сумму его контракта: «Я все еще считаю, что он играл достаточно хорошо. [...] Это чисто деловое решение».

Впрочем, тут Холмгрен явно сгладил углы. Не то чтобы Брызгалов играл отвратительно – просто не показал уровень настоящего первого номера. Случалось и подобное.

После того как стало очевидно, насколько неудачным оказался период Брызгалова в «Филадельфии», многие обозреватели отмечали, что проблема была скорее в ожиданиях и контракте, чем в уровне самого вратаря. На NBC Sports писали, что «Филадельфия» обсуждала возможность амнистийного выкупа (чуть ниже объясним, что это такое) исключительно из-за структуры контракта и потолка зарплат.

В клубе всегда защищали Брызгалова. Когда он ошибался и его критиковали в медиа, главный тренер Питер Лавиолетт всегда прикрывал Илью примерно таким посылом: «Мы побеждаем и проигрываем как команда. Не стоит сваливать все на одного человека». Капитан «Флайерс» Клод Жиру прямым текстом называл его лучшим игроком команды. Альтернативный капитан Бриэр говорил: «Если [Брызгалов] продолжит играть так же, мы станем очень опасной командой».

Впоследствии, когда эмоции улеглись, появился другой взгляд на ситуацию Брызгалова и «Филадельфии»: он стал своего рода жертвой общего разочарования после травмы Криса Пронгера и неудачного сезона – в команде его игру оценивали значительно мягче.

В «Филадельфии» тех лет совершили еще одну оплошность в обращении с вратарями. До Брызгалова первым номером в регулярке был молодой Сергей Бобровский – но в плей-офф-2011 он играл нестабильно и выпал из обоймы. Сезон-2011/12 «Флайерс» провели с тандемом Брызгалов/Бобровский, а через год Сергея отправили в «Коламбус». Именно это спустя годы кажется главной ошибкой.

Оба сезона в «Филадельфии» Брызгалов считался явным стартером – сначала за его спиной был Бобровский, затем Буше, затем – выменянный у «Коламбуса» Стив Мэйсон (именно он потом и стал первым номером). Илью просто нельзя было усадить на лавку – держать такого дорогого бэкапа неразумно. Но и игру в старте он не тянул – по крайней мере, при амбициях тех «Флайерс».

А потом случился новый локаут. Именно он и спас «Филадельфию» – и не только ее.

Благодаря локауту-2012 платежка «Флайерс» не пострадала

В 2012-м Коллективное соглашение истекло и нужно было вновь садиться за стол переговоров. Разногласия были серьезные: владельцы считали, что хоккеистам достается слишком большая доля доходов лиги. Игроки же давили на то, что и так уже согласились на потолок зарплат. 

В итоге стороны договорились до разделения HRR ровно по 50%. Почти половина регулярки была потеряна – удалось провести лишь по 48 матчей. Но главной проблемой стал потолок: все клубы строили составы, полагая, что он составит 70,2 млн – а после подписания нового Коллективного соглашения сумма упала до 64,3 млн. Для многих команд это стало катастрофой: они действовали в рамках регламента, но физически не могли вписаться в урезанный потолок.

Так и появились амнистийные выкупы (compliance buyouts). Они стали неким компромиссом между лигой и профсоюзом хоккеистов.

Каждая команда получила право на две амнистии. Можно было выкупить контракт, выплатить хоккеисту все положенные по обычным правилам выкупа деньги (⅓ оставшейся суммы контракта, если он моложе 27 лет, и ⅔ – если старше) в течение вдвое большего срока, чем оставалось по контракту, но не учитывать эти выплаты под потолком. Выгодно всем: игрок не лишается положенных ему денег, а клуб освобождает место в платежке.

Именно это и произошло с Брызгаловым. Летом 2013-го открылось первое окно амнистийных выкупов – Илью выкупили как раз тогда. До конца контракта оставалось 7 лет, а заплатить было нужно еще около 23 млн. Соответственно, выплаты растянулись на 14 лет – то есть до конца сезона-2026/27, который начался 1 июля 2026 года. Получилось примерно 1,64 млн в год. Так и родилась шутка, что «Филадельфия» 13 лет платила Брызгалову, чтобы он за нее не играл. 

Юмор вовсе не в самом факте выкупа. Под амнистийный выкуп попали и Винсент Лекавалье, и нынешний генменеджер «Флайерс» Дэнни Бриэр, и уже упомянутый Дипьетро. Но именно история Брызгалова стала мемом, потому что Илья провел в «Филадельфии» всего два сезона, а платила она ему потом еще 14.

Забавно, что 46-летний Брызгалов, завершивший карьеру 11 лет назад, в нынешнем сезоне занял бы 52-е место по заработкам среди вратарей НХЛ – всего на две строчки ниже финалиста Кубка Стэнли Картера Харта из «Вегаса» (зарплата за сезон-2026/27 – 1,78 млн). А Брендона Басси и Фредерика Андерсена, которые стали чемпионами с «Харрикейнс», он вообще прилично опережает (у обоих – по 1 млн).

Брызгалов всегда выражал, как кажется, безразличие по поводу выкупа. Что в апреле 2013-го, что впоследствии его посылом было «мне без разницы». Илья задавал логичный вопрос: «Почему я должен беспокоиться, если не могу это контролировать?»

Что это поменяло в НХЛ?

Случаи Брызгалова, ДиПьетро и прочих (а главное – Ильи Ковальчука и его легендарного контракта на 15 лет и 100 млн) изменили правила: лига фактически испугалась собственных инструментов и внесла крупные изменения в новое Коллективное соглашение. В документе 2013 года были закреплены ограниченная длительность контрактов (не более 7 лет для подписаний с рынка, не более 8 – для продлений), ограничения на контракты с резким падением зарплаты (так back-diving сменились на чуть менее дикие front-loaded, при которых хоккеист все равно сначала получает гораздо больше, чем в конце, но хотя бы устранился безумный перекос, который был возможен раньше) и два окна амнистийных выкупов – лето-2013 и лето-2014. 

Фактически амнистийные выкупы стали инструментом, который смягчил переход от старой системы к новой – в отличие от обычных выкупов, за которые в платежку идет полноценный штраф. Это было не наказание за обход потолка, а всего лишь исправление лигой собственного пробела в регламенте.

Брызгалов недополучил больше десяти миллионов. После «Филадельфии» его карьера резко пошла на спад – менее чем через два года он сыграл последний матч в НХЛ. Но еще очень долго мог совсем не беспокоиться о доходах. 

Контракт Ильи – один из самых ярких маркеров ушедшей эпохи. В нынешней НХЛ он выглядит реликтом, достойным учебника истории. И для «Филадельфии» он наконец-то ушел в историю.

Фото: Gettyimages/Jamie Squire, Jim McIsaac, Allison Joyce